Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Квартиры в полувековых постройках. Как выживают в Маме

Аварийные дома в Маме стали визитной карточкой посёлка. Треть пустует. А ту часть, где живут люди и квартирами-то назвать сложно. Здания трещат, и не только по швам. Новых не строят, на ремонт никто не надеется. Да и ремонтировать там по сути нечего — всё ветхое и вот-вот развалится.

— Первый этаж бичовник был, все вымерли, квартира пустая. Там разбито всё, туда даже не заходит никто, бояться. Типа туберкулёз там, всё на свете.

Над этой квартирой живёт Тамара Калинкина. Дом на Советской, 34 В посёлке Мама треснул пополам как раз на месте жилья.

— Здесь мы обоями заклеили, трещина сумасшедшая, туда прям фуфайки вталкивали, конопатили. Мы не сидим на этом кресле — холодно, — говорит жительница посёлка Мама Тамара Калинкина.

71-летняя пенсионерка в этом году похоронила мужа. Говорит, зимовать в такой квартире одной — страшно. По иронии, вместе с супругом она всю жизнь проработала в системе ЖКХ.

— Тот подъезд расселили, внутренние стенки тонкие, мы сколько просили, чтобы утеплили ту стену. Зимой мы по два обогревателя включаем, я сплю с платком, в носках, — говорит жительница посёлка Мама Тамара Калинкина.

Раньше в этом доме жила элита — начальники ГОКа, прокуроры, судьи. Теперь в уцелевшей части — пенсионеры и молодые семьи с детьми. Соседний подъезд расселили — там рухнула лестница:

— Никто не живёт над нами, под нами, там никто не живёт и там.

В пустующих квартирах гуляет ветер. Межкомнатные перегородки не защищают от холода. А ведь район приравнен к условиям крайнего севера. Там, где ещё живут, люди утепляются как могут. Например, на стене за ковром, ещё один, да и кровать ставят на специальную подстилку:

— Утеплили за батареями, не батареи нас греют, а мы батареи согреваем, чтобы они не разморозились. Я не хочу никуда ехать, никуда, даже в гости.

— Вода хлещет прямо можно сказать, на распределительный щиток. Не даёт замыканию произойти, они тут дверь подложили, чтобы вода в щит не лила, — говорит житель посёлка Мама Андрей Кузнецов.

Дом спасает от обрушения каменный фундамент. Всё остальное разъели грибок и плесень. Рушится даже бетонная лестница:

— Я туда боюсь ходить, за поворотом, где труба, там мужики собирают дождевых опарышей, на рыбалку.

— Я туда боюсь ходить, там крысы.
— Тут крысы?

— Они не кусают.
— Крысы или опарыши?

— Всё в воде. Это канализационные стоки. Это канализация. Всё идёт в подвал.

Дом 1969-го года постройки. Зимой здесь красиво, шутят жители, подъезды облепляют сталактиты как в ледяной пещере.

— Вот так он выглядит зимой. Трубы прорывает, идёт испарина. От неё обрушились стены. Подвалы ушли вниз. Мы ведём переписку с 2008 года. Нам отвечают — дом пригоден для проживая, — говорит жительница посёлка Мама Ольга Власова.

— Мы въехали в дом в 2002 году. Квартплата была 50%. Потом появилась новая компания ЖКХ, стали платить 100%. На вопрос почему, ответили — оказываем услуги 100%, будете платить 100%, — говорит жительница посёлка Мама Наталья Кузнецова.

Интересно, что аварийный дом, в котором всего 40% жилых квартир стал одним из первых в посёлке обладателем новенькой крыши. Её уложили по программе капремонта. Даже соседи завидуют.

— Дело то не в том, что обидно или нет. Дело то в том, за что народ вообще платит? — говорит житель посёлка Мама Вячеслав Котов.

Треть жилья в посёлке Мама выглядит примерно так. Люди бросают свои квартиры и переезжают в другие регионы. Если есть косметический ремонт и вставлены пластиковые окна — квартиру можно продать, но максимум за 30 тысяч рублей.

Советская 30, квартира 6. Пустует. Электросчётчик работает. Дверь открыта -- «живите кто хотите». Этим и пользуются местные хулиганы. Потому соседи бояться поджога.

— Здесь я живу, время провожу, здесь кухня, вот подъезд, и вот брошенная квартира. Соседи уехали, бросили кошку, всё побросали, она постоянно стоит открытая. И отсюда неимоверный запах идёт постоянно, — говорит житель посёлка Мама Андрей Саутин.

Ещё одна деревяшка на Горной, 14. Среди пенсионеров и инвалидов здесь живёт 16-летняя Алёна. Единственная мечта школьницы — отсюда переехать.

— В школу хожу всё сыпется, со школы иду — сыпется. Когда гулять выхожу, тоже сыпется. Привязан у нас потолок на одну проволоку. Обращались в администрацию. Нам приехали и привязали на проволочку, — говорит ученица 10 класса Алёна Богданова.

Потолок набух и прогнулся ещё в прошлом году. Крыша в доме — как решето:

— В углу постоянно вода течёт.

Внутри квартиры — не лучше. Жильцы говорят, стоят в очереди на переселение, а оно им «светит» не раньше 2029 года. Отец Алёны показывает платёжки соседей, которые съехали 5 лет назад и, естественно, не платят.

— Сорок одна тысяча пятьсот двадцать семь рублей.
— А оплачивать кто будет?
— Домовой, 
— говорит житель посёлка Мама Сергей Силкин.

Южная, 16. Прорывами труб тут никого не удивишь. Полы сгнили, весь дом стоит на самодельных сваях. Подвал открыт, канализационные трубы — почти на улице.

— Это канализационные труба, холодная и горячая вода. Здесь идёт слив. Всё вместе. С туалета из 7-й квартиры, — говорит жительница посёлка Мама Зульфия Мулагалеева.

В Мамско-Чуйском районе действуют две жилищные программы. Первая — переселение из ветхого и аварийного жилья. Но переселяться некуда. Новых домов в Маме не строят. Здесь нет производств. Район на 98% дотационный. Вторая программа — получение субсидии на выезд. Сейчас в очереди — 806 семей.

— Всё зависит от того, сколько федерация выделит денежных средств.
— И сколько в год переезжает?
— От 9 до 13 семей, —
говорит мэр Мамско-Чуйского района Александр Сергей.

Всего в районе три с половиной тысячи жителей. Многие с жёсткими условиями северного края смирились и переезжать уже даже не хотят.

— Мне давали субсидию, я могла уехать. Но я не могу бросить Маму, я её люблю. Люблю, — говорит жительница посёлка Мама Валентина Обаленичева.

Жизнь подарила мне и тебе. Мама, мама — главное слово в каждой судьбе.

0
0
Авторы
Авторизуйтесь на сайте, чтобы написать комментарий.

Google