Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Проект рекультивации отходов БЦБК до сих пор не представили, хотя дедлайн уже прошёл

Есть риск экологической катастрофы — шлам-лигнин из карт-накопителей может оказаться в Байкале. Почему озеро до сих пор не обезопасили от наследия комбината?

Слюдянский район. Солзинский полигон отходов БЦБК. Уже четвёртый день откачивают шламовую воду из одной карты-накопителя в другую. Чтобы не допустить попадания ядовитых отходов в почву.

— Для этого вот здесь вот мы сделали небольшую преграду, вода уходит небольшим ручейком в колодец.

Даже после закрытия Байкальский целлюлозно-бумажный комбинат представляет угрозу экологической системе озера Байкал. Наследие предприятия — 13 шламонакопителей, семь из них располагаются в сейсмически опасной зоне. На Солзанском полигоне, рядом с которыми проходят реки Большая и Малая Осиновка.

— Вот те самые ядовитые отходы от бывшего БЦБК, и таких в картах-накопителях более шести миллионов кубических метров, учёные говорят, если такое количество шлам-лигнина попадёт в озеро Байкал — это грозит реальной экологической катастрофой.

Из справки, которую составили учёные Лимнологического института: Отходы в Байкал может смыть катастрофическим селевым потоком, для этого достаточно трёхдневного ливня в отрогах Хамар-Дабана. Так было в 1971 году. Тогда карты-накопители стихия не затронула. По данным учёных сель сходит каждые полвека. Отметим — сейчас в Байкальске действует режим ЧС из-за паводков.

— Селезащиты около карт уже не существует, та, которая была построена при строительстве гидросооружений, она практически уничтожена. + И будет ли тот Байкал, который мы видим с вами сейчас? Уже однозначно нет, — говорит общественный деятель Любовь Аликина.

Любовь Аликина в прошлом геолог. Сейчас — борец за экологию Прибайкалья. В её руках пакет документов, в котором учёные чётко описывают всю опасность отходов бывшего БЦБК для экосистемы озера. Этот пакет активистка лично принесла президенту ещё в 2015 году.

По распоряжению Владимира Путина ликвидировать шламонакопители должны до 2020 года. На эти цели выделили около шести миллиардов рублей. Два года назад правительство Иркутской области заключило договор с «Росгеологией», но до сих пор нет даже проекта — крайний срок вышел 30 июня. Артём Полтавский, директор департамента экологических проектов подрядчика говорит — эффективные решения по ликвидации отходов есть, но они ещё обсуждаются. А вот селезащитных мероприятий в техническом задании для Росгеологии нет.

— Мы не можем делать то, на что у нас нет задания, — говорит директор департамента экологических проектов АО «Росгеология» Артём Полтавский.

Зато задание есть у правительства Иркутской области. В 2017 году Кировский городской суд удовлетворил иск природоохранной прокуратуры.

Решение суда вступило в законную силу, однако срок его исполнения до настоящего времени ещё не наступил. В связи с чем есть ещё у правительства области время для строительства данных селезащитных сооружений.

Только вот природа показывает, что времени как раз нет. Стихия может не дождаться селезащитных сооружений. Сейчас областное правительство готовит комментарий по этому поводу. А прокуратура проводит проверку и сообщает — промышленные отходы БЦБК в настоящее время в озеро не попадают.

— Русло реки сейчас намыто достаточно глубоко. Учитывая перепады высот, вероятность повреждения карт минимальная, — говорит министр природных ресурсов и экологии Иркутской области Андрей Крючков.

Тем временем Байкальская природоохранная прокуратура сообщает что есть решение суда, по которому правительство Иркутской области должно провести селезащитные мероприятия. Сейчас прокуратура проводит проверку. Промышленные отходы Байкальского целлюлозно-бумажного комбината в настоящее время в озеро не попадают.

0
0
Авторизуйтесь на сайте, чтобы написать комментарий.