Бывший узник Балтского гетто Александр Табачник провел телемост с иркутскими студентами

Так проходили первые три дня немецкой оккупации для евреев Балты. Туда после расстрела родителей забрала 10-летнего Сашу Табачника его двоюродная бабушка. Ее он с теплом называет тетушкой Евой. И именно в Балте, 5 августа 1941 года, начался самый страшный период его жизни.

«Отгородили площадь со стадион где-то. Несколько гектаров. И согнали всех евреев на тот момент, около тысячи человек. Со всей Балты, всех евреев сконцентрировали на этой площади. И трое суток в августе под палящим солнцем и ночью, без воды, без пищи, с младенцами на руках женщины, старики трое суток мы сидели. Умирали люди рядом с нами. Плотно друг к другу», — говорит бывший узник Балтского гетто Александр Табачник.

Тех, кто выжил, угнали в Балтское гетто, организованное румынскими солдатами. Его ограничили рядом улиц, которые покидать было нельзя. Иначе расстрел. Позже в город начали сгонять евреев из Румынии, Бессарабии и Украины.

«Они нас людьми не считали. Численность евреев все время уменьшалась и проявились заболевания сыпным тифом. А сыпной тиф очень заразное заболевание. Немцы особенно боялись этой болезни и румыны. И поэтому выделили нам двухэтажное здание специально для тифозных, чтобы они были изолированы. Тетю Еву назначили старшей медсестрой», — говорит бывший узник Балтского гетто Александр Табачник.

И поставили задачу — ни одного «тифозного» еврея живым не выпускать. Среди пациентов оказался и Саша Табачник.

«Каким образом она доставала и выколачивала лекарства — одному богу известно. Я не могу припомнить. Поэтому почему я не умер — потому что часть этих лекарств доставалась ее Шурику», — говорит бывший узник Балтского гетто Александр Табачник.

В стенах стихийного госпиталя пленные получали помощь и шанс на выживание. Ведь фашисты зверствовали даже в день освобождения Балты — 29 марта 1944 года. Тогда румынские солдаты уже эвакуировались. И контроль осуществляли немцы.

«Один из зо̀ндеркома́нды пришел вот в эту больницу, получив приказ прикончить всех в больнице. А тетя Ева знала, что идут массовые расстрелы и в этой больнице столько накопилось ребят еврейских вместе со мной. Она их рассовала всех под кровати. Дверь закрыта. Прикладом, видимо, бил. Чувствуется. И по немецки кричит "Паршивые евреи, открывайте". Немец в каске, тут у него автомат на груди. Они прокричал "Тиф", а тетя Ева говорит "Тиф! Тиф" Он постоял, постоял, мы затаили дыхание, думали будет стрелять. И пронесло. Он повернулся ушел», — говорит бывший узник Балтского гетто Александр Табачник.

Так тетя Ева спасла несколько десятков человек. Отступающие перед приходом Советской армии фашисты расстреливали каждого, кто попадался на пути.

«Я вышел на улицу. Елки-палки. Тротуары, дорога. Все усыпано трупами», — говорит бывший узник Балтского гетто Александр Табачник.

Среди убитых был и один из друзей Саши Табачника. Сейчас, в свои 94, Александр Давидович — один из 38 бывших несовершеннолетних узников фашистских концлагерей, живущих в Иркутске. Все они члены общественной организации при городском Совете ветеранов.

«Из 38 их где-то 16-22 человека, которые не ходячие. Многие имеют здоровье соответствующее, которые не выходят из дома, поэтому им нужна помощь в течение всего года. В 2016 году их было 312. Почему я помню именно этот год, потому что в этот год они начали добиваться установки памятного знака бывшим несовершеннолетним узникам фашистских концлагерей. И, слава Богу, в 2025 году мы смогли установить наш знак на мемориале Вечный Огонь», — говорит заместитель председателя Иркутского городского совета ветеранов Виктор Губанов.

Памятник тем, кто жив и тем, кто уже не с нами. Бывший узник Освенцима и Дахау Виктор Ефимов ушел из жизни в 2016-м. В архивах ГТРК «Иркутск» сохранились кадры его воспоминаний о тех ужасных событиях.

В газовой камере он оказался в шесть лет. Тогда у фашистов закончился газ и вероломный «приговор» в действие привести не удалось. Позже на мальчике ставили страшные эксперименты — замораживали, испытывали вакцины. Выжить удалось в том числе благодаря образку с изображением Ильи-пророка, который его мама просила носить не снимая.

«Немцы-то тоже в бога верили. Всегда когда выбирали на опыты, немцы старались меня в сторонке оставлять», — говорит бывший узник концлагерей Освенцим и Дахау Виктор Ефимов.

О том, как его мама смогла прийти из другого барака и принести сыну сырую картошку, Виктор Ефимов однажды рассказал актрисе Людмиле Касаткиной. Этот момент стал эпизодом фильма «Помни имя свое». Так свое послание зрителю он смог оставить в кадрах киноленты.

Александру Табачнику же удалось лично пообщаться с молодым поколением. Телемост организовали министерство по молодежной политике Иркутской области совместно с координационным центром ИРНИТУ.

«В преддверии 81-й годовщины Победы более 200 студентов Иркутского Политеха пришли на телемост с Александром Давидовичем, чтобы услышать его историю», — говорит корреспондент Евгения Рудакова.

А после каждый из присутствующих смог задать свои вопросы. В том числе и по мемуарам узника, изданным в 2005 году.

«Данные беседы очень нужны. Потому что люди вспоминают, люди знают историю тех жертв, которые подверглись геноциду, бомбежкам. И они знают, что не нужно делать того, что бы привело к тому времени», — студентка ИРНИТУ Татьяна Фатеева.

После онлайн-встречи Александр Давидович продолжил работу над очередной книгой, которую пишет в соавторстве с искусственным интеллектом. Нейро-ассистента всегда приветствует тепло и с уважением.

Нейросеть в свои 94 освоил самостоятельно. Он регулярно публикует авторские стихи, переписывается с единомышленниками по всему миру и занимается лечебной физкультурой. И, несмотря на испытания, которые выпали на его долю, Александр Табачник уверен — жизнь — самая большая драгоценность. Ценить нужно каждый отмеренный день. И, несмотря на те ужасающие события, которые он пережил в Балте, свою малую родину вспоминает с теплом.