ГТРК

История компании

Казалось бы, в середине пятидесятых Иркутск было невозможно удивить новым строительством, ведь в нескольких километрах от города сооружалась грандиозная гидроэлектростанция. И все же стройка на Петрушиной горе волновала всех. Здесь возводилось двухэтажное здание и высокая-превысокая башня. ТЕ-ЛЕ-ВИ-ДЕ-НИ-Е!!! У нас будет свое телевидение! Поверить в это чудо на первых порах было невозможно. Как это — сидишь дома и смотришь кино! Скоро ли начнется? Все ли смогут смотреть? Да и где приемник взять? Что-то в магазинах их не видно! У кого спросить? Напишем в газету! И товарищи писали. А им, как положено, отвечали.

В те годы «телевизионный начальник» был один — Леонид Токарский. Он руководил Иркутской дирекцией строящегося телецентра. Леонид Маркович и сам был рад ответить, что в сороковую годовщину великого октября, то есть 7 ноября 1957 года, Иркутск посмотрит первую передачу. Ее увидят жители Ангарска, Листвянки, Шелехова, Усть-Орды, Усолья- Сибирского, жители поселков в радиусе 100−120 километров. Такие же телецентры строятся в Новосибирске, Ташкенте, Баку, Тбилиси,  Харькове и других крупных городах. 75 телестудий будет открыто к 1960 году! «Театр и кино, цирк и стадион, актовый зал и лаборатория, заводские цехи и стройплощадки — войдут в дома трудящихся вместе с экраном телевизора», — с удовольствием рапортовал Токарский. Он останется до конца своих дней влюбленным в телестудию, которую построил.

К октябрьским праздникам ее сдать не удалось, зато уж на Новый-то год была настоящая «Карнавальная ночь»! Она зажгла экраны «Топазов» и «Янтарей», «Рубинов» и «Гранитов», «Алмазов» и «Рекордов». Потом на экранах было все, как и обещал великолепный рязановский фильм: и «коротенькие» доклады, и рассуждения о жизни на Марсе, и тот самый вопрос «Пять минут — это много или мало?» Правда, теперь его уже задавали себе журналисты и режиссеры, когда надо было укорачивать или удлинять передачу. А в последнее время очень часто передачи и не выходят за пределы этих напророченных пяти минут.

После новогодней ночи экраны опять погасли. Еще не все оборудование было смонтировано, не вся аппаратура настроена. Но в феврале начались регулярные выходы в эфир: кинокартины и киножурналы. Директор студии Г. П. Поносов уже сам обращается через газету «Восточно-Сибирская правда»: «…Просим всех радиозрителей направлять свои отзывы и пожелания о наших передачах, о качестве приема… Особая просьба к любителям телевидения, живущим за пределами уверенного приема: сообщайте нам о всех своих удачных попытках приема изображения и звука».

Директор обещал скорый выпуск ежемесячных телевизионных программ, которые будут продаваться в киосках «Союзпечать». Для демонстрации фильмов в первый год вещания было отведено 495 часов, своими силами было предусмотрено сделать 100 студийных часов и 45 внестудийных передач. Правда, не было еще ни передвижной телевизионной станции, ни собственного кинокомплекса для обработки и монтажа кинопленки. О видеомагнитофонах тогда и вовсе ничего не слышали.

Сначала эфир был только прямым: со всеми ошибками, оговорками, взрывами лампочек в осветительных приборах. Живой эфир!

Студийные передачи иллюстрировали фотографии и репродукции художественных произведений. Внестудийные передачи выдавались прямо со съемочных площадок. Говорят, техники долго не соглашались везти аппаратуру на производство: шум, вибрация будут помехой качественному сигналу. Но журналисты и режиссеры сломили сопротивление инженеров, когда предложили организовать передачу на шоколадной фабрике! Результат понравился всем. А вот, пожалуйста, — репортаж в живом эфире из цеха завода тяжелого машиностроения. С микрофоном в руке — Теофиль Коржановский, за камерой — Ольгерт Маркевич.

Уже в 1948 (!) году Сергей Эйзенштейн, говоря о «киномаге ТВ», представлял, что он, «быстрый, как бросок глаза или вспышка мысли, будет, жонглируя размерами объективов и точками кинокамер, прямо и непосредственно пересылать миллионам слушателей и зрителей свою художественную интерпретацию события в неповторимый момент самого свершения его, в момент первой и бесконечно волнующей встречи с ним». Четыре редакции: общественно- политического, литературно-драматического, детского и музыкального вещания обеспечивали такие моменты волнующих встреч.

В 1961 году в эфир вышла передача литературно-драматической редакции, о которой узнали жители всего Советского Союза. Автором ее был молодой начинающий журналист Валентин Распутин. Передача посвящалась судьбе и творчеству талантливого иркутского поэта Петра Петрова, погибшего в тюрьме. Начиналась она предсмертными стихами, каким-то чудом переправленными из тюрьмы на волю.

И это было очень смело по тем временам. Распутина уволили. Но помог молодой тогда собкор газеты «Известия» Леонид Шинкарев. В очерке «Дурное настроение» он рассказал об этом случае. Партбюрократы сделали выводы. Распутина восстановили на работе. В архиве ГТРК «Иркутск» сохранилось личное дело Валентина Григорьевича.

Позднее именно съемочную группу областного телевидения писатель взял в свою Аталанку. В этой командировке сняли фильм «Валентин Распутин. На Родине». Фильм, который получил одну из самых желанных телевизионных наград — статуэтку ТЭФИ.

Один из первых кинооператоров, Юрий Геннадьевич Четин, любит вспоминать о том, как нашел он в гараже телецентра трехколесный мотоцикл и приспособил его для нужд съемочной группы, сам садился за руль, вез всю необходимую технику: кинокамеру, аккумуляторы и четыре чемодана с осветительными приборами. При этом куда-то помещался еще и журналист! Милиция брала под козырек при виде этого транспортного средства: все знали, что разрешение на проезд по всем улицам Иркутска подписано у самого главного милицейского начальника города. В нужный день и в нужный час оказался в студии телевидения Ольгерт Маркевич. С фотоаппаратом. В эфире стояла передача о знаменитом фильме «Тихий Дон». В студии собрались артисты и постановщики киноэпопеи, готовы ведущие, режиссер с помощниками, не было только телеоператора. За камеру встал Ольгерт Вацлавович — был у него к тому времени опыт работы фотографа, понимал он и в установке осветительного оборудования для съемок. Вот так «с колес» он и стал телеоператором, двадцать пять лет проработал — до выхода на пенсию.

Первые камеры были тяжелыми — вместе со штативом они весили 240 килограммов. Но иркутские телевизионщики не любили «сидеть дома». «Перо журналиста весом в 15 тонн», — язвили газетчики, глядя на автоколонну ПТС, состоящую из пары автобусов и тяжелого автомобиля. Но передвижная телевизионная станция позволяла снимать репортажи в театрах и клубах, устраивать встречи в библиотеках и музеях,на заводах и фабриках.

Иркутская студия телевидения выдавала в эфир 650 часов собственных передач в год, больше делала только Ленинградская, мы готовили специальные программы для Центрального телевидения. А сколько героев передач было! Наверное, почти в каждой семье области за 60 с лишним лет кого-нибудь да снимали журналисты ГТРК. Наш архив хранит уникальные кадры, например, Дениса Мацуева, сегодня  знаменитого исполнителя, а когда-то пятилетнего мальчика.

Во все годы творческие работы ГТРК «Иркутск» занимают призовые места на конкурсах региональных, федеральных и международных.